Будущее в Библии: что говорит Писание о завтра

Что Библия говорит о будущем

Писание разделяет два вопроса: что будет с миром и что будет со мной. О первом оно говорит подробно, о втором — почти ничего, и это молчание намеренное. Будущее человека оставлено в руках Бога, а знание о нём заменено обещанием присутствия.

«Ибо только Я знаю намерения, какие имею о вас, говорит Господь, намерения во благо, а не на зло, чтобы дать вам будущность и надежду» (Иеремии 29:11)

Не заботьтесь о завтрашнем дне

Христос запрещает не планирование, а тревогу:

«Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы» (Матфея 6:34)

Основание для спокойствия названо тут же: Отец знает нужды прежде прошения (Матфея 6:32).

Планировать можно, полагаться — нет

Библия не осуждает планы, но осуждает самоуверенность:

«Теперь послушайте вы, говорящие: „сегодня или завтра отправимся в такой-то город и проживём там один год“... Вместо того, чтобы вам говорить: „если угодно будет Господу и живы будем, то сделаем то или другое“» (Иакова 4:13,15)

Притчи говорят о том же короче: «Сердце человека обдумывает свой путь, но Господь управляет шествием его» (Притчи 16:9). Планировать — дело человека, исход — Божье.

Никто не знает срока

О главном событии будущего Писание говорит определённо — дату знать нельзя:

«О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один» (Матфея 24:36)

Все попытки вычислить сроки противоречат этому прямому утверждению.

Что обещано в конце

О будущем мира Писание не молчит:

«И увидел я новое небо и новую землю... И отрёт Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет» (Откровение 21:1,4)

Это и есть та «будущность и надежда», о которой говорит Иеремия: не благополучие в ближайшие годы, а окончательное восстановление.

Почему Бог не открывает будущее

Прямого ответа Писание не даёт, но показывает следствие: незнание удерживает человека в доверии и в настоящем дне. Гадание и попытки узнать будущее помимо Бога прямо запрещены (Второзаконие 18:10-12) — не потому, что будущее неважно, а потому, что это подмена доверия контролем.

Тревога о будущем

На страх перед завтрашним днём Писание отвечает не гарантией обстоятельств, а обещанием участия:

«Не заботьтесь ни о чём, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом, и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдёт сердца ваши» (Филиппийцам 4:6-7)

Обещан не результат по нашему плану, а мир, который «превыше всякого ума».

Частые вопросы

Знает ли Бог моё будущее?

Да. «Только Я знаю намерения, какие имею о вас» (Иеремии 29:11), а псалом говорит, что дни человека записаны прежде, чем настали (Псалом 138:16).

Можно ли планировать?

Можно. Библия осуждает не планы, а уверенность в своей власти над завтрашним днём: планировать следует со словами «если угодно будет Господу» (Иакова 4:15).

Как перестать бояться будущего?

Писание предлагает конкретное действие вместо борьбы с чувством: молитву с благодарением, за которой обещан «мир Божий» (Филиппийцам 4:6-7). И напоминает, что забот сегодняшнего дня достаточно (Матфея 6:34).

Можно ли узнать будущее у гадалок или астрологов?

Нет, это прямо запрещено: «Не должен находиться у тебя... прорицатель, гадатель, ворожея» (Второзаконие 18:10-11). Писание называет это мерзостью перед Господом.

Какое будущее ждёт мир?

Новое небо и новая земля, где «смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни» (Откровение 21:4).

Когда это произойдёт?

Сроков Писание не называет и запрещает вычислять: «о дне том и часе никто не знает» (Матфея 24:36).

Значит, о будущем вообще не думать?

Думать и готовиться Библия не запрещает — она запрещает тревожиться и полагаться на себя. Разница между подготовкой и тревогой в том, на кого человек надеется.

Заключение

Будущее в Библии принадлежит Богу: Он знает намерения о человеке, но не открывает сроков и подробностей. Планировать разрешено, тревожиться — нет, вычислять даты — прямо запрещено. Взамен знания дано обещание: «будущность и надежда», а в конце — мир, где «смерти не будет уже».